Река Самара, протекающая по территории Донецкой, Харьковской и Днепропетровской областей Украины представляет немалый интерес для сплавов.
Скорость течения этой реки невелика, так что можно свободно двигаться как по течению, так и против него.
Обычно наши походы начинались возле села Орловщина, Днепропетровской области. Во-первых, туда очень удобно добираться из Днепропетровска на электричке (станция 159 км), во-вторых, можно пойти не только вверх по течению, выйти в прямое русло и насладиться красотой Самарского леса, но и пойти вниз по течению, что обещает массу приключений.
Ближе к впадению в р. Днепр в результате слияния рек Самара, Самарчук, Песчанка и Подпольная, образовались Самарские плавни площадью 8 кв. км. Здесь несколько раз в году проводятся соревнования по байдарочному ориентированию. В такой поход не советуем брать детей, ибо не факт, что вам удастся сойти не берег в течение суток.
Итак, в погожий майский день наша немногочисленная, но отчаянная группа спустилась на воду в районе 159 км. с целью покорить непроходимые плавни за три дня, что, согласитесь, не так и сложно, учитывая небольшую их площадь.
Главное, иметь карту (GPS-ом на тот момент мы еще не обзавелись), компас и как можно чаще оглядываться назад (когда идешь в обратном направлении к месту старта, река выглядит совсем по-другому). Хорошие люди посоветовали заламывать камыши или оставлять другие знаки, для ориентировки.
Своих спутников я знал по пешеходным походам – отличные ребята, спортивные и выносливые. Но когда они спросили, зачем нам весла, я оторопел, ведь это очевидно! Оказывается, они были уверены, что течение само будет нести лодку, нужно лишь подруливать. А рулевой-то я, значит им весла ни к чему. Пришлось их разочаровать.
Первое разветвление русла через 100 метров. По старой памяти выбираю правый рукав, да и карта советует то же. Вновь сворачиваем в еще более узкое русло, одним глазом подмечаю кроны четырех белых тополей-гигантов на островке слева. Через полчаса со счета изгибов и ответвлений русла мы сбились окончательно. А я, наконец-то вспомнил, что хорошо бы посмотреть назад.
Через полчаса на горизонте вновь появились знакомые кроны белых тополей, да вот и он – берег с которого мы начали поход. Мои спутники самозабвенно ругались по поводу того, как правильно грести и держать весла. Пока они не заметили моей промашки, увожу байдарку влево и вот уже мы продираемся сквозь камыши и выходим к небольшому декоративному мостку – классике советского дизайна.
Между водой и настилом промежуток невелик, но обносить по берегу лодку ох как не хочется. Мы ложимся, вернее, скрючиваемся, на дне байдарки. Осторожно проводим наше судно, цепляясь за мост снизу руками, а также другими выпуклостями (носами, грудью и коленями), которые не разместились в байдарке равномерно. В лицо летят чешуйки краски, паутина оседает на лицах.
Петляем между турбазами, которых здесь множество. Люди, в тишине соснового леса потягивающие напитки в уютных беседках, разглядывают наш экипаж с недоумением и изумлением. Правда, на наши приветственные вопли, отвечают благосклонно и дружелюбно. Отдельно надо сказать, что среди водных туристов принято здороваться с теми, кого встречаешь на берегах или в воде (в смысле не с черепахами, а с купающимися или другими туристами). 
Но вот начинается настоящий камышовый лабиринт, мы крутимся, как листок в ручье, а я отчаянно ищу хоть какие-то приметы, по которым можно вернуться домой – вон иссушенное до бела солнцем дерево возвышается над полями водяной растительности. И как оно там держится?
В разные стороны от нас бросаются многочисленные птицы. Огари, кряквы с комочками пушистых птенцов; зимородки, цветов берлинской лазури и медного глянца, цапли всех видов и мастей. И большие серые, тяжело взлетающие с воды и изящные белые цапли с нарядными султанами на головках. Мы гребем открыв рты, и, спустя пару часов, незаметно выплываем на открытое место.



Нас встречает громкая музыка и запахи шашлыков. На краю подходящего прямо к воде соснового бора культурно отдыхают «дикие» туристы. Самые нетрезвые просят покатать их. В виду малочисленности нашей команды не приближаясь к берегу, даем деру.
В таких ситуациях главное, вести себя вежливо, и не покидать байдарку. «Здравствуйте, до свиданья, удачного отдых». А догнать байдарку вплавь невозможно, разве что на моторной лодке.
Некоторое время идем, держась спасительной стены камышей – тут народу никого, разве что рыбак какой затаился, но эти никогда связываться не будут, разве что вы им снасть порвете, поэтому, встречая на реках рыбаков, лучше аккуратно обходить поплавки, а также уходящие в воду лески и резинки.
На левом берегу в тенистом красноствольном сосняке виднеются трехэтажные «сиротские» домики. Ротвейлеры лениво дремлют на берегу и поглядывают на нас с пренебрежением. Мы спешим ретироваться и отсюда, поэтому сворачиваем в ближайшую протоку. Говоря по правде, мы уже давно заблудились, но я, как истинный капитан, не акцентирую на этом внимание, чтобы не нервировать экипаж. Населенка вот она, рядом, как-то выберемся.
Примерно через полчаса вдали показались дома и огороды со скирдами сена. Как потом выяснилось – это с. Песчанка, но нам не хочется в цивилизацию. Мы опять углубляемся в лабиринт осоки и островов. Здесь, на крошечных клочках жирного чернозема, лес лиственный, плотный, с густым подлеском. Убеждаемся в этом, когда приходит время стать на обед.

Неизвестно сколько десятков или сотен лет опадала листва, удобряя и землю и воду. Не спасает даже специальная обувь – ноги уходят в черный перегной на дне по колено. Кое-как выбираемся на влажный тенистый берег, гряз